Эпическое начало и драгоценные подробности

22Интересно и необычно построение пространства в полотнах Кустодиева. Место действия выгорожено как сценическая площадка, где роль декораций играют реальные элементы пейзажа и конкретная архитектура. Как в раскрытых кулисах представлено происходящее, широкий панорамный охват пространства позволяет видеть далеко, картина - словно карта сказочной страны с высоты птичьего полета.

В то же время все детали, будь то купола церквей или ярмарочные шатры, посуда, украшения и праздничные наряды персонажей выписаны подробно и достоверно, вещи и персонажи узнаваемы, они даже лучше, чем в жизни: пышнотелые женщины, сияющие, полновесные плоды, аппетитные и сытные пироги. Любование деталями придает жанровым полотнам Кустодиева характер натюрмортов, где и архитектура, и природа, и персонажи показаны как красивые диковинные вещи, в самом выгодном свете, отчего картины его вызывают ассоциации с палехскими лаковыми миниатюрами: ювелирная выписанность деталей побуждает глаз находить все новые драгоценные подробности.

В 1911 году А. Бенуа писал о Кустодиеве: «Мне кажется, что настоящий Кустодиев — это русская ярмарка, пестрятина, "глазастые" ситцы, варварская драка красок, русский посад и русское село с их гармониками, пряниками, расфуфыренными девками и лихими парнями...». Унаследованная от передвижников верность натуре, неутолимая потребность в реальных жизненных впечатлениях ставят художника в один ряд с такими мастерами русского реализма, как Пушкин, Гоголь, Достоевский, Некрасов, Л. Толстой, Чехов, Горький, Федотов, Перов, Репин, Суриков, Серов, Глинка, Мусоргский, Чайковский и другие. Однако он перешагивает границы реальности, выходит на просторы воображения, что роднит его произведения с лучшими образами народного творчества.

Театр

32Борис Михайлович Кустодиев проявил себя необычайно разноплановым художником, сохраняя индивидуальность своего стиля во всех областях творческой деятельности.

В 1907 году художник начал работать в театре. Он исполнил декорации к спектаклю «Горячее сердце» А.Н. Островского, и успех постановки обеспечил дальнейшие заказы; в 1914 году для «Смерти Пазухина» в Московском Художественном театре им подготовлены не только декорации, но и эскизы костюмов. С особой яркостью дарование декоратора проявилось в оформлении пьес Островского «Свои люди — сочтемся», «Не было ни гроша, да вдруг алтын», «Волки и овцы», «Гроза». Купеческий мир Кабановых, уклад жизни, быт провинциального городка — все это было близко жанровым картинам Кустодиева, и декорации он пишет легко и быстро.

Художник был хорошо знаком со Станиславским, не раз рисовал актеров МХТ — Качалова, Москвина, Немировича-Данченко, Александрова. В 1918 году Кустодиев делает эскизы декораций и костюмов к «Снегурочке» Островского для постановки в Большом театре, в его оформлении Шаляпин поставил в Мариинском театре оперу «Вражья сила» А. Серова. Годом позже — участие в постановке оперы «Царская невеста» Н. Римского-Корсакова в петроградском Народном доме, оформление современной драматургии.

Наиболее значительными театральными работами Кустодиева 1920-х стали спектакли «Блоха» по пьесе Е. Замятина в МХАТ-2 (1924-1925) и в ленинградском БДТ (1926). Мир театра стилистически близок живописи Кустодиева, где натюрморты бутафорски изобильны, костюмы праздничны и характерны, композиции гармоничны, подобно тщательно построенным театральным мизансценам.

Книжная иллюстрация, монументальное искусство

35Кустодиев оставил яркий след и в книжной графике. Им были сделаны иллюстрации к повестям Н. Гоголя «Коляска» и «Шинель», в которых сказался интерес к стилистике модерна. В том же ключе решены броские шаржи на С. Витте, К. Победоносцева, А. Игнатьева для журналов «Жупел» (1905) и «Адская почта» (1906), цветные рисунки «Манифестация» и «Первомайская демонстрация у Путиловского завода» (оба - 1906).

Из-за болезни художник лишь периодически работал в новой для него сфере — монументальной живописи, создав в 1911 году мощное панно «Петр Великий». С 20-х годов это огромное панно не демонстрировалось, поэтому незнакомо нынешнему зрителю. В 1913 году были сделаны два близких ему по стилистике эскиза на тему аллегории присоединения Казани к России — неосуществленные росписи для ресторана Казанского вокзала.

1917 годом начинается новая эпоха в истории России и последний период творчества мастера. В первые послереволюционные годы художник напряженно и вдохновенно работает в различных областях изобразительного искусства. Тема современности становится для него основной. Образы времени Кустодиев воплощает в рисунках для календарей и обложек, в иллюстрациях и эскизах оформления улиц. Обложки к журналам «Красная Нива» и «Красная панорама» привлекали внимание броскостью, остротой сюжетов. Увлекшись литографией, Кустодиев много и увлеченно работает в этой технике и создает ряд иллюстраций к произведениям НА Некрасова.

Подлинным событием в истории художественного оформления русской книги явились иллюстрации художника к произведениям Н.С. Лескова «Штопальщик» (1922) и «Леди Макбет Мценского уезда» (1923). Оставаясь верным своему живописному стилю, художник широко вводит в книжную иллюстрацию народные орнаментальные формы («Сказки Пушкина», 1922). С интересом и серьезностью создавал Кустодиев иллюстрации к ленинским сборникам («Детям о Ленине», «Ленин и юные ленинцы», «Один день с Лениным»), в 1925-26 годы выполнил ряд лубков в линолеуме.

34В это же время он делает марки, проектирует дизайн почтовой бумаги с портретами вождя революции, пропагандистские плакаты, принимает участие в оформлении массовых празднеств и манифестаций, мечтает о клубах для народа, которые распишет сам, что говорит о стремлении художника работать для широкого зрителя, того же народа, царящего на его живописных ярмарках и гуляньях.

Нельзя обойти вниманием и скульптурные работы Кустодиева: «И.В. Ершов», «М.В. Добужинский», «Дети». Долгое время оставались неизвестными широкой публике два бюста императора Николая II для Императорского Александровского лицея. Интересно, что выбор исполнителя принадлежал Комиссии лицеистов. Даже будучи парализованным, он до последней минуты жизни интенсивно работал, откликаясь на веяния современности.

Как и остальные мирискусники, Кустодиев мечтал с помощью красоты перевоспитать человека, а потому с энтузиазмом участвовал в акциях новой власти, провозгласившей формирование «человека будущего». В 1918 году Кустодиев исполняет несколько панно для украшения площадей Петрограда к празднованию первой годовщины Октябрьской революции, для того же предназначалась и его большая монументальная картина «Степан Разин». В 1919 году, создавая эскизы к полотнам об ушедшем («Купчиха с зеркалом», «Купчиха на прогулке») и современности («Петроград в 1919 году»), Кустодиев работает над композицией картины «Большевик» и вариантами обложки журнала «Коммунистический интернационал».

В 1926-27 годах художник обратился к темам революции и современных политических событий — «Волжская красная флотилия под Астраханью в 1918 году», «Октябрь в Петрограде». Плакатная понятность и выразительность панно, свойственная персонажам добродушная веселость были близки представлениям носителей новой идеологии об искусстве будущего. Эти принципы будут усвоены молодым советским искусством идеологической пропаганды.


На Волге (1922 г.)

Лето (1918 г.)

Осень в провинции (1926 г.)