1921. 5 ноября.

...В Академии Б. М. особенно увлекался Веласкезом и старался работать в близкой к нему обобщающей манере. Из современных мастеров его особенно увлекали Цорн и В. А. Серов — их уменье сразу, одним мазком выразить и обобщить форму. Также он большой поклонник французских импрессионистов — их живописного мастерства, но ему чуждо их пренебрежение к композиции... Его влечет в сторону закономерной композиции старых мастеров, которые ему дают в этом отношении определенный ответ, в последнее время особенно Брейгель и Калло. В их произведениях Б. М. видит «строго определенный костяк», «железную необходимость, не допускающую произвольных изменений». С этой точки зрения в смысле «равновесия частей композиции» его привлекают произведения Пуссена; особенно он это почувствовал в Париже, хотя увлекался им и ранее в Эрмитаже. Из рисовальщиков он преклоняется перед Гольбейном и Энгром. Рисунки первого он изучал еще в Академии по превосходным факсимильным репродукциям его оксфордских рисунков.

...Со времени болезни Б. М. начинается второй, знаменательный период его деятельности; время анализа, накопления миновало, да к нему уже почти был закрыт путь болезнью — наступает синтез (1913— 1914 годы).

Долгие шесть с лишним месяцев, проведенные в клинике Цейдлера, вспоминаются Б. М. с теплым чувством, с чувством восторга перед творческим порывом и горением духа, плоды которого сказываются до сих пор. Многие из композиций, задуманных в то время, он осуществил, многие не потеряли своего обаяния и поныне, художник мечтает об их фиксации и, наконец, многие ему дали толчок для развития новых и новых мыслей. Одной из первых таких работ, где сказались результаты его синтетических стремлений, была «Масленица», показанная на выставке в 1916 году...

Рисунки Кустодиева можно разбить на две группы. Быстрые рисунки — «мысли картин и композиций» и тонко сделанные законченные рисунки. В рисунках он типичный живописец, они всегда очень много говорят о цвете, весьма колоритны, в них — не столько линия, сколько светотень. Но есть и другие — энгровские, где безупречная линия сочетается с формой и краской (женские портреты).

Сейчас Б. М. задумал картину «Спящая купчиха». На цветных сундуках под пологом спит молодая красавица-купчиха, раскинувшаяся на своем ложе. Одеяло покрывает только ноги, верх тела обнажен, на него льется красный свет от открытой топящейся печи, остальная комната постепенно тонет во мраке, справа от кровати стол с самоваром. Домовой, добродушный толстый русский бог, откинул край полога и любуется спящей. В левой руке у него еле светящий фонарь. На ковре перед печью кошка. (Кошка Б. М., которая сейчас сидит у него на коленях под меховым одеялом, будет ему позировать для этой картины.) «Запах щей»1.

Б. М. работает по двенадцать часов в сутки.


1Речь идет о небольшой картине «Купчиха и домовой» (масло, собрание Е. С. Михайлова в Ленинграде), написанной позднее, в 1922 году, в подарок К. А. Сомову. В дневнике К. А. Сомова (секция рукописей ГРМ) по этому поводу есть следующие записи: «Кустодиев сделал прелестную „3имку" и подарил мне ее» (запись за 31 декабря 1921 года); «Днем снес Кустодиеву мою картинку („Фейерверк". — М. Э.). Он был от нея в полном восхищении. Мы условились продлить состязание: он мне сделает „Купчиху и дьявола", а я ему тоже фантастическую... как он просит» (запись за 26 мая 1922 года); «Днем ходил к Кустодиеву. Долго сидел с ним и его семьей — братом, сестрой, детьми. Получил от него картину „Купчиха и домовой"» (запись за 26 сентября 1922 года).

Предыдущая запись

Следующая запись


Сцена у окна (Б.М. Кустодиев, 1921 г.)

Интерьер. Женская фигура у окна в мастерской (Б. Кустодиев, 1920 г.)

Красавица (1921 г.)