Е. М. КУСТОДИЕВОЙ



10 марта [18]97, Петербург.

...Мое самое сильное желание сейчас поскорее уехать отсюда, несмотря на то что здесь выставки и выставки без конца и вообще атмосфера художественная (исключая, конечно, академич[ескую] атмосферу, которая так мало «пахнет» настоящим, свободным искусством). Работы теперь много, натура поставлена на 5 недель до 5 апр[еля]. 5-го будет последний экзамен — и конец (я вечером 5-го же намереваюсь удрать по Никол[аевской] ж[елезной] д[ороге]). Натура довольно интересная, и я думаю сделать этюда 3, если успею, один уже доканчиваю, и два на примете. Не знаю почему, но я со страшной неохотой рисую вечером; живопись другое дело, я готов не 4 часа подряд работать (как теперь), а вдвое даже больше, а рисунок вечером просто не работал бы; или уже это потому, что у меня он скверно идет (все III разр[яд]) или же вследствие такого отношения к нему у меня все III раз[ряд]? Не знаю.

По живописи все II и II — а первый что-то не ставят, ну да [за] этот месяц им покажу, что и я могу получить I ном[ер]. Теперь у меня стало меньше той «боязни», которая обыкновенно удерживала меня от смелости начать работу, в каких бы то ни было... тонах, то есть молодое или старое лицо. Здесь я писал и стариков, и женщин, и маленькую девочку и, несмотря на то что, садясь за работу, я не был уверен, что напишу их ...в конце концов все-таки добивался своего, хотя и не особенно блестяще. Мне недавно пришла мысль, по приезде моем, написать тебя за роялью, это выйдет и оригинально, и интересно, будет нечто вроде картины-эскиза, а не обыкновенного «патрета». А Михаила1 непременно затылком, так он пусть и знает, ведь у него нос бесформенный, а, быть может, без меня он у него принял приличную формацию? Будут ли повторяться наши летние субботы на лодке? Если нет, то нужно придумать что-нибудь новое.

Как мне хочется попасть на Кавказ, ты представить себе не можешь, так бы и полетел, обернувшись соколом. А Миша2 нарочно пишет письмо за письмом и все расхваливает природу, говорит, чтобы я торопился... зовет есть клубнику кавказ[скую], которая после пасхи поспеет. Неужели мне не суждено будет попасть туда? Ведь только на один месяц, поработал бы — и назад. Ты пишешь, что П[авел] Алексеевич] предложил тебе урок у Барановых; это на него так похоже, он всегда «всем» и «все», добр он до бесконечности, нас поставил на ноги (а мы в благодарность ему и писем-то не пишем!), благодаря ему — кружок был основан, и потом этот случай, когда он мог отдать урок другому кому-нибудь из членов... кружка — он отдает его тебе. Я тысячи раз благодарю его и постараюсь чем-нибудь выразить свою благодарность...

ГРМ, ф. 26, ед. хр. 10, лл. 39—41.




1 Брат художника.
2 Михаил Владимирович Тычинин — двоюродный брат художника, живший в то время на Кавказе в местечке Озургеты.

Предыдущее письмо

Следующее письмо


Портрет Ирины Кустодиевой (1926 г.)

Б. Кустодиев. Графика, 3

Купец-сундучник (1923 г.)